Редкий офорт "Из тяжелого похода" - эксклюзивный подарок

Описание

Удивительный оригинальный офорт «Из тяжёлого похода» передаёт суровую мощь стихии и неукротимый нрав моря: на переднем плане — бурлящие волны, накатывающие на скалистый берег; их пенные гребни наползают резкими белыми пятнами, контрастирующими с глубокой, почти чёрной массой воды. Диагональный ритм волн увлекает взгляд к центру композиции, где из моря вздымается захваченный штормом корабль, идущий к родному берегу. Острые силуэты воды напоминают будто застывшие ледяные глыбы, а тёмные контуры подчёркивают неприступность. Пространство над водой растворяется в приглушённой дымке, где небо и море сливаются в единую серо-синюю гладь, лишённую покоя и света. Тонкая штриховка и плотная фактура офорта создают ощущение ветра, пронизывающего воздух, и тяжёлого дыхания природы, будто сама земля здесь сопротивляется вторжению человека. Вся сцена проникнута напряжённой драмой — это не просто морской пейзаж, а образ преодоления, след долгого и трудного пути, где природа предстаёт одновременно и испытанием, и молчаливым свидетелем человеческой стойкости. Под оттиском авторская подпись карандашом.

О художнике:

Николай Тимофеевич Куликов родился 1 мая 1910 года в городе Белосток Гродненской губернии, в западной окраине Российской империи. Судьба привела его в Ленинград, где в 1933 году он поступил на графический факультет Института живописи, скульптуры и архитектуры имени И. Е. Репина. Его наставником был Павел Александрович Шиллинговский — выдающийся мастер офорта и гравюры, чья школа определила художественный язык Куликова на всю жизнь. Дипломной работой молодого графика стала композиция «Первая Конная», оценённая на «отлично», и в 1940 году ему было присвоено звание художника-графика. Война застала Куликова в Ленинграде. Он ушёл на фронт добровольцем Народного ополчения, затем воевал в противотанковых и артиллерийских войсках. Фронт не разлучил его с искусством: он работал в дивизионных и армейских газетах, выпускал агитационные листовки и плакаты, делал бесчисленные зарисовки с натуры — прямо из окопов, с позиций, на привалах. Эти рисунки становились не просто документом войны, но и живым, прочувствованным свидетельством, в котором графическая точность соединялась с глубоко личным переживанием. Куликов был среди участников первых выставок художников-фронтовиков уже в 1943–1944 годах, когда война ещё не кончилась. За боевые заслуги он был награждён орденом Отечественной войны II степени, орденом Красной Звезды, медалями «За боевые заслуги» и «За победу над Германией». После войны Куликов посвятил себя военно-морской теме — графике, запечатлевшей Советский ВМФ и в военные, и в мирные годы. С 1952 по 1962 год он работал в Студии маринистов ВМФ СССР, а с 1963 по 1970 год — в прославленной Студии военных художников имени М. Б. Грекова и одновременно в Студии художников-маринистов при Центральном военно-морском музее. Море, корабли, naval будни и подвиги стали его стихией, но не единственной: он создал обширную серию эстампов с видами Ленинграда, в которых город предстаёт живым, дышащим, со своим ритмом и светом. Его работы — «В Дубровку. На фронт», «Прорыв блокады. Встреча двух фронтов», «Прорыв блокады. Шлиссельбург» — вошли в собрание Государственного Русского музея; значительная коллекция хранится также в Музее истории Санкт-Петербурга. Автолитография «Прорыв блокады. Переправа через Неву», созданная по натурному рисунку 1943 года, не раз экспонировалась на выставках, посвящённых памяти войны, — от Серпухова до Звёздного городка. Куликов был членом Ленинградской организации Союза художников РСФСР, преподавал, передавая опыт ученикам — среди которых Федор Игнатьев, Борис Перепеч и Владислав Сенчуков. С 1960 года он жил и работал в Доме художников на Песочной набережной — в самом сердце Ленинграда, у воды, которая вдохновляла его всю жизнь. Николай Тимофеевич Куликов скончался 9 июня 1986 года в Ленинграде и был похоронен на Северном кладбище. 

О технике:

Офорт — это техника глубокой печати на металле, название которой восходит к французскому «eau‑forte» («крепкая вода») — так раньше именовали азотную кислоту, применяемую для травления. В основе метода лежит взаимодействие механического процарапывания и химического воздействия: на тщательно отполированную пластину из меди, цинка или стали наносят кислотоупорный грунт, затем по нему иглой прочерчивают рисунок, обнажая металл в местах будущих линий; после этого доску подвергают травлению в кислоте — она разъедает открытые участки, формируя углубления разной глубины в зависимости от времени выдержки и концентрации раствора, а для достижения тонких тональных переходов мастера нередко прибегают к многократному травлению, последовательно закрывая лаком уже проработанные зоны. Когда нужная фактура достигнута, грунт удаляют, в образовавшиеся бороздки втирают типографскую краску, счищают её излишки с гладкой поверхности и, накрыв увлажнённым листом бумаги, прогоняют доску под прессом — так получают оттиск, отличающийся свободной, «рисуночной» манерой штриха и богатой градацией тонов; при этом офорт нередко комбинируют с другими приёмами — например, с сухой иглой, акватинтой или лависом, — чтобы расширить выразительные возможности гравюры, а благодаря возможности вносить изменения в доску и печатать отдельные «состояния» художник может последовательно развивать образ, добиваясь особой живописности и нюансировки.